(по передаче «Любимец публики» с Яном Левинзоном, 2009 год)
Мама меня брала из Перово на тренировку: полчаса на автобусе, метро, потом еще двумя автобусами до Лужников. В итоге добирались через два часа. Конечно, мне это все не нравилось. Какому ребенку это понравится? В принципе это было насилие, насилие над моим организмом. Мне хотелось с ребятами поиграть в хоккей… Единственное преимущество, которое я видел: иногда мне позволялось не ходить в школу к первому уроку, мама меня будила ко второму-третьему. Тут я имел привилегию над другими учениками.
Я про себя говорю, что я – ребенок Ирины Родниной, Наталья Линничук, Ирины Моисеевой, Бестемьяновой, потому что моя мама смотрела за этими выступлениями, потом взяла меня за ручку и привела… А теперь, дай Бог, лет через 15 кто-нибудь будет говорить: «Я – ребенок «Звезд на льду» и «Ледникового периода», потому что моя мама, посмотрев такую программу… Зато я теперь занимаюсь на коньках.»
Я ездил на три чемпионата мира среди юниоров. Первый – это когда еще был СССР. Второй – от СНГ, а третий – от России. Кроме того, я был последним чемпионом СССР в юниорах, первым чемпионом СНГ ( и единственным) и первым чемпионом России.
Теми людьми, которые меня вывели в чемпионы, были Наталья Линничук и Геннадий Карпоносов. Прежде чем я к ним попал, я прошел много тренерских рук. Меня и выгоняли, и говорили о бесперспективности. Были и причины, касающиеся моей еврейской национальности. Это случилось у Натальи Дубовой, которая сама еврейка. Когда я пришел в ее группу, на четвертый день она позвонила моей маме и сказала, что такой вопрос очень деликатный (это были советские времена, были указания): «Так как все знают, кто я на самом деле, то я не могу тренировать еврейских детей.»
Было предложение, чтобы я поменял свою фамилию на мамину, но я категорически отказался – и буквально через две недели я был уже у другого тренера.
«Ледниковый период».
Я абсолютно искренне могу сказать, что я придумал эту идею: сделаем два тренера, назовем по-другому проект. Будет две команды, соперничество. На Первом канале это было воспринято на ура. Мы уходим от всех лицензий, от всего. У нас впервые абсолютно российский проект. А потом во мне начала играть вполне человеческая… я начал жалеть, что я все это придумал, потому что всегда хочется быть единственным, непревзойденным. Но потом все это как-то улеглось. В принципе, для качества проекта – это толчок, толчок к его развитию.
Я предложил Александру Жулину заняться этим. Потому что Саша – это, действительно, личность. Саша старше меня на 10 лет, опытнее. И здесь должны были столкнуться разные взгляды, стили. А сейчас, я думаю, что своей работой мы оба с Сашей доказали, что мы оба находимся на правильном месте. У меня больше артистизма и драматизма, у него больше техники и скольжения.
Татьяна Анатольевна Тарасова очень четко следит, чтобы ни один из нас не оторвался от другого. Она – изумительный человек, очень переживает за все это. Любому из нас было бы очень сложно на ее месте.
Как это делалось в Англии, в Америке? Вот они сделают – делай точно вот эту кальку: твое место вот здесь, играем мы на этом, эта пара должна любить друг друга, эта пара разругается. И вообще, проект не про фигурное катание, а про то – сойдутся они или не сойдутся.
В противовес было предложение от Первого канала. Они сказали, что они не знают, как вообще это делать. «Но у нас есть к тебе доверие, потому что ты это видишь. Ты это видишь?» «Да, я это вижу. Как это можно сделать совершенно интересно, по-другому и по-своему.» Я, конечно, выбрал там, где можно себя проявить. И выбрал Первый канал. Потом началась, действительно, определенная конкуренция, но она быстро закончилась.
Я это видел до каждой нотки: как это сделать интересно, чтобы это цепляло. Ну, а наши чемпионы, за которых мы, действительно, бились. И здесь, совершенно точно, продюсерский успех. Несмотря на то, что им предлагали на другом канале гораздо большие гонорары, они остались со мной. Потому что для них тоже важно качество. Качество того, с чем они будут после этого ассоциироваться. И здесь была моя настоящая победа, что все чемпионы, все мои друзья, все чемпионы последних лет, все те, кто со мной начинали, они все остались со мной на этом проекте.
««Ледниковый период» – это гениальный проект!» – слова комментатора «Ледникового периода», произнесенные 7 октября 2009 года после номера «Лунатики» (Анна Большова и Повилас Ванагас).
